В середине сентября 1939 года жители Бобруйска были встревожены артиллерийской стрельбой. Батареи ПВО, прикрывавшие местный аэродром, открыли огонь по двум невесть откуда взявшимся двухмоторным самолетам с чужими опознавательными знаками. Жители города на Березине тогда и представить себе не могли, что стали невольными свидетелями одной секретной спецоперации.

В середине 30-х годов польский авиапром создал бомбардировщик PZL-37 «Лось», который должен был заменить устаревшие французские «Голиафы» и голландские «Фоккеры». «Лось» принадлежал к семейству бомбардировщиков новой волны. На авиационных выставках в Белграде и Париже эта машина произвела настоящий фурор, удивив посетителей скоростью в 445 км/ч и бомбовой нагрузкой в 2,5 тонны. Естественно, что к этой машине стали присматриваться и авиаспециалисты из Германии и СССР.

Но заполучить новый польский «бомбер» советские специалисты смогли только после нападения Германии на Польшу. 13 сентября 1939 года в районе Житкович (100 км северо-западнее Мозыря) три польских самолета типа «Лось», сбившись с курса из-за погодных условий, перелетели границу и углубились на территорию Советского Союза на 130 км. Один польский «бомбер» потерпел катастрофу в районе Василевич (44 км на северо-восток от Мозыря). Экипаж погиб. Два других были настигнуты нашими истребителями и посажены на картофельном поле в районе Давыдович. Пилотов арестовало НКВД.

Информация об иностранных самолетах заинтересовала 5-е разведывательное управление штаба РККА. Вскоре к месту посадки из Москвы была срочно направлена группа специалистов НИИ ВВС с лучшими летчиками-испытателями.

Бомбардировщики оказались в исправном состоянии. Специалисты НИИ решили перегнать их в Бобруйск, а после дозаправки — в Москву. Саму же операцию настолько засекретили, что о ней никто не сообщил командованию частей ПВО в городе на Березине. Поэтому, когда над Бобруйском появились самолеты с красно-белыми квадратами (польской «шаховницей») на крыльях, зенитчики открыли по ним огонь. Летчикам-испытателям пришлось продемонстрировать чудеса пилотажа, чтобы уберечь и себя, и машины. Но все обошлось.

На следующий день самолеты вылетели к месту назначения. Уже в Москве с «трофейной» техникой ознакомились представители советского правительства и командования Красной Армии. Поговаривали, что на чудо польской инженерной мысли приезжал посмотреть сам товарищ Сталин.

Советские летчики отметили, что техника пилотирования «Лося» была проще, чем советских машин аналогичного класса. У польского «бомбера» был не только хороший доступ к его узлам и агрегатам, но имелся туннель внутри фюзеляжа, по которому можно было перебраться из пилотской кабины в хвост самолета (в то время как во многих советских самолетах экипаж сидел обособленно). Интерес советских инженеров вызвало шасси с необычными для того времени двухколесными тележками. При малых габаритах тележки обеспечивали самолету хорошую проходимость на полевых аэродромах. Инженеры были удивлены отсутствием у «Лося» наружной подвески бомб. Внутреннее же их размещение признали весьма удачным.

Работы по исследованию польских бомбардировщиков продолжались вплоть до начала Великой Отечественной войны. Позже их разобрали на узлы и агрегаты…

”Могилевская правда”