Слова, вынесенные в заголовок, принадлежат врагу. Но это не умаляет их суровой правды. Немецкий майор Алоиз Шефер, командир III-го батальона 20-го пехотного полка 10-й моторизованной Баварской пехотной дивизии собственной смертью доказал справедливость им же провозглашенного принципа. Семьдесят три года спустя его останки вместе с прахом 468 других солдат Вермахта извлечены из захоронения в самом центре Бобруйска - города, который должен был стать их военным трофеем. Но стал их общей могилой.

Многие скажут — и поделом. Однако речь в данном материале не о мести. Воистину, мертвые сраму не имут. Глупо мстить тем, кто и так повержен. Речь также не идет о ненависти. Изложенная ниже история интересна тем, что наглядно показывает: не бывает безымянных могил, и любая смерть обязательно находит продолжение в судьбах живущих.

***

30 июля 1998 года 64-летний немецкий пенсионер Клаус Шефер скорбно шествовал по дорожкам незнакомого сквера. Ветер шумел в кронах высоких тополей, шевелил седые пряди на его голове. В душе герра Клауса боролись смешанные чувства. Момент, которого он ждал 57 лет, наступил. Сегодня его долгие поиски наконец увенчались успехом. Где-то здесь, среди деревьев, находится могила его отца. Увы, точно определить место погребения невозможно. На бывшем кладбище теперь разбит парк. Церковь на военном фотоснимке, служившая единственным ориентиром, лишилась крестов и перестроена в бассейн — к 50-летию Октября. Сам город значительно вырос и расширился. Вряд ли бы он нашел это место самостоятельно. Возложить цветы тоже нельзя. Его сопровождающий тактично предупредил, что лучше этого не делать: могут быть неприятности.

Владимир, его добровольный помощник, сыграл ключевую роль во всем деле. Местный житель, немец по происхождению, он возглавляет в Бобруйске немецкую общину и Центр немецкой культуры. Именно его адрес дали в посольстве, куда герр Клаус обратился по итогам своих поисков. А начались они задолго до его приезда в Беларусь. В 1972-м с помощью Народного Союза Германии (Volksbund Deutsche Kriegsgräberfürsorge) ему удалось получить материалы, касающиеся судьбы его отца. Миссией этой немецкой гуманитарной организации вот уже почти столетие является поиск и уход за немецкими военными захоронениями за пределами Германии, а также сбор сведений о них. Среди полученных документов — письма, фотографии, карты.

На почтовой карточке, датированной 22 июня 1941 года, острым готическим шрифтом отец писал матери: «Милая Хедвиг! Я приветствую тебя и наших детей в тот момент, когда бомбардировщики над нами с ревом уносятся вперед, тысячи стальных орудий немецкой артиллерии направлены за Буг на русские большевистские позиции, а пехота и танковые войска ожидают, чтобы высадиться и атаковать Советский Союз. Это начало битвы, которую я всегда предсказывал и которая рано или поздно должна была произойти. Трагично, что земля, на которую мы сейчас возвращаемся с оружием в руках, уже была в нашем владении в 1939, но мы должны были сами передать ее большевикам. В Брест-Литовске даже прошел по этому поводу совместный (!) парад. Возможно, я разыщу — если не сегодня, то завтра — в этом городе площадь, где все происходило…» Обозначено на послании и время — 4 часа утра.

Майор Алоиз Шефер не был наивной жертвой национал-социалистической пропаганды. Он был кадровым военным и солдатом по призванию. Рожденный 6 апреля 1899 в швабском городке Деттлинген, он ушел добровольцем на фронт Первой мировой, дослужился до офицерского чина. Вторую мировую начал в звании майора. В первые месяцы вторжения в Советский Союз летом 1941-го 10-я моторизованная дивизия, в которой он служил, была направлена на Восточный фронт для выполнения плана «Барбаросса». Батальон майора Шефера занимал Бобруйск и другие белорусские города.

В очередном письме супруге, датированным 27 июня 1941 года, он сообщает, что их подразделение расположилось лагерем приблизительно в ста километрах западнее Слуцка, и сетует, что их пока держат в резерве — «то ли не слишком уверены в нас, то ли берегут для особой операции». Также майор Шефер пишет о сотнях подбитых танков и артиллерийских орудий всех калибров, которые они встречают на своем пути, а также о русских, которые скрываются «в бесконечных лесах», откуда, по его мнению, их должен выгнать голод и жажда. Жалуется на досаждающих комаров и высказывает надежду форсировать Березину в ближайшие несколько дней.

Так случилось, что личная военная кампания майора Шефера на белорусской земле оказалась недолгой. 7 июля 1941 года в Жлобине он был тяжело ранен пулей русского снайпера. При попытке его спасения выстрелом в голову был убит лейтенант Баусбак из того же полка. Через три дня, 10 июля, майор Шефер умер от ран в полевом лазарете в Бобруйске. Его сыну Клаусу на тот момент исполнилось семь…

Спустя 57 лет седовласый герр Клаус со своим сопровождающим идут вдоль окон средней школы №9. Владимир, его ровесник, заставший оккупацию в Бобруйске, рассказывает, что именно в этом здании и находился тот самый полевой лазарет. Герр Клаус молчит, погруженный в размышления. Всё это действительно нелегко воспринять. Здесь от ран скончался его отец, память о котором он хранит уже более полувека. А сегодня здесь учатся дети. Вот они — улыбчивые, вихрастые, светловолосые, — совсем, как его собственные. И они не подозревают, сколько судеб оборвалось в этих стенах. Да и к чему им это знать?

Клаус Шефер идет в Бобруйский краеведческий музей. Здесь немецкого гостя любезно встречает и проводит по экспозиции директор музея Наталья Артемчик. На память осталось их совместное фото, позже опубликованное в газете Delmenhorster Kreisblatt вместе с впечатлениями о путешествии под заголовком «Долгая автобусная поездка в прошлое». На фотографии — седовласый респектабельный немец и приятная брюнетка с выразительными чертами лица. Снимок сделан в зале Великой Отечественной на фоне деревянного барельефа, изображающего фрагмент Парада Победы на Красной площади.

Тогда, в 1941-м, еще не было массовой гибели немецких солдат и общих захоронений, поэтому майора Шефера похоронили со всеми почестями в отдельной могиле. Можно было перевезти его тело в Германию и предать земле там. Но он настоял, чтобы его похоронили на месте: «Ein Soldat liegt da, wo er gefallen ist» — «Солдат лежит там, где пал». Католический священник провел заупокойную мессу. Семье выслали похоронное свидетельство и письма соболезнования от сослуживцев.

Так закончилась жизнь майора Алоиза Шефера.

* * *

В октябре 2014 в сквере у Свято-Никольского собора в Бобруйске бойцы 52-го отдельного специализированного поискового батальона Министерства обороны Беларуси провели эксгумацию останков военнослужащих Вермахта, погибших в период Великой Отечественной войны. Всего извлечены останки 469 человек. Все они будут перезахоронены на немецком военном кладбище в деревне Щатково весной следующего года.

Владимир Мейерсон, ныне епископ Самостоятельной евангелическо-лютеранской церкви в Республике Беларусь, рассказавший корреспонденту «Вечерки» эту историю, по-прежнему поддерживает связь с Клаусом Шефером и его семьей. Он побывал на месте эксгумации совместно с представителем Народного Союза Германии Вольфгангом Брастом и по архивным данным этой организации установил, что останки майора Алоиза Шефера действительно извлечены, о чем сообщил семье покойного. «Теперь дело остается за малым — только отыскать соответствующий номер жетона», — рассказал он.

Приедет ли снова Клаус Шефер на могилу отца, доподлинно не известно.

Александр ЧУГУЕВ, «Вечерний Бобруйск»

Фотоматериалы из архива Клауса Шефера предоставлены Владимиром Мейерсоном