Более постоянного человека, чем могилевчанин Леонид Бакланов, нынче днем с огнем не сыщешь. В его трудовой книжке всего одна запись о единственном месте работы - и 75 поощрений за 33 года в областной типографии! Наборщик-штемпельщик, он вручную изготавливал все печати и штампы. На Могилевщине Леонид Иванович считался эксклюзивным специалистом, кому было под силу превратить обыкновенную бумажку в документ.

Незаменимые - есть!

Нынче не редкость, когда человек в поиске места под солнцем только к 30 годам определяется с выбором профессии. Поэтому чаще получается с точностью до наоборот: десятки за­писей в трудовой и, увы, ни одного поощрения.

Уже в 29 лет на пиджаке Леонида Бакланова блестел орден «Знак Почета» за трудовые заслуги. Его знали все! Це­нили за добросовестность и невероят­ное трудолюбие. В советские времена таких, как он, называли ударниками. Казалось, за восьмичасовой рабочий день наборщик не отвлекался ни на минуту и не делал ни одного лишнего движения. В смену - 90 печатей по­мимо привычных штампов «Погашено» и «Оплачено».

Без неотъемлемого атрибута не обходилась ни одна организация, будь то колхоз «Победа», поликлиника, ма­газин, школа или даже Министерство образования. Факсимиле и датери (устройство, используемое для про­ставления даты - авт.) Бакланова разлетались по всей Беларуси: на рус­ском, белорусском, а после 1991 года, с появлением иностранных фирм, на английском и немецком языках.

Сегодня, прежде чем сделать за­каз, совместно со специалистами разрабатывают дизайн будущей печати. А 40 лет назад творчество и фантазия строго привязывались к ГОСТам. Столичные ревизоры наведывались в могилевскую типографию с завидной регу­лярностью.

- Можно сказать, работал на секретном посту, - улыбается Леонид Иванович. - Легко мог сделать любое синее «клеймо» и уехать за границу или поставить штамп врача «Иванова», «Пе­трова», «Сидорова» на боль­ничном листе. Мне даже взятки предлагали - три тысячи давали за «знак» на липовом дипломе. Огромные по тем временам деньги. Никогда не шел на сделку с совестью, дорожил своей репутацией.

К слову, при норме 400 рублей в месяц передовик «Штамповал» продукции на 1200 рублей. За три года выдавал план, рассчитанный на пятилетку.

 - У меня был свой ме­тод, - делится секретами собеседник. - К специ­альной матрице, в которой используются не более двух «крышек», пристроил еще две. Рацпредложение привело к небывалой производительно­сти. Практически ежегодно становился победителем соцсоревнований. Для современной молодежи те достижения, грамоты, медали не имеют большой ценности, а мы горели, хотелось быть впереди планеты всей. Стимулировала и хорошая сдельная зарплата, которая напрямую зависела от выработки.

Так, начиная со 110 рублей, Леонид Бакланов с азартом увеличил получку до 500 рублей в месяц. Что вполне при­лично, если, к примеру, даже зарплата директора завода чуть уступала.

В 1986 году хватило даже на но­венькую бежевую «шестерку». Собирая заказы, наборщик разъезжал по всей области. И настолько прикипел душой к своей помощнице, что расстаться с ней так и не смог. По сей день бегает дорогая сердцу «старушка», требуя с каждым годом все больше сил и вло­жений. Но поменять на другую, как и дело всей своей жизни, даже в мыслях не было. Профессия, семья и машина - одна и на всю жизнь.

Римские каникулы

Партийный стаж Леонида Бакланова равен профессиональному. Начиная со службы в погранвойсках, когда его вы­двинули на должность секретаря ком­сомольской организации воинской части, и до самого выхода на заслуженный отдых в разные годы трудился и на обще­ственных постах: депутат Ленинского районного Совета народных депутатов, член президиума областного совета профсоюзов, член партийного бюро типографии и, наконец, председатель фабкома профсоюзов.

Очевидцы плодотворных лет глав­ного «печатника» утверждают, что по принципиальности и добросовестно­сти ему равных не было. И когда все успевал? Работал за троих, еще и на партийных заседаниях с докладами выступал: ратовал за дисциплину на производстве, критиковал за недостат­ки, разрешал конфликтные ситуации.

- Не забывал и про отдых, - рас­сказывает Бакланов. - В 1976 году от профсоюза полиграфистов по­бывал в Италии. Незабываемое путешествие по Риму! Помню, как в те времена у нас - с пятью машинами на дороге - боролись с загазованностью. А там - сплош­ные «пробки». Примерно, как от площади Орджоникидзе и до железнодорожного вокзала: поток машин и людей. Смотрели на все, открыв рты. В ресторане белорус­ская делегация ела живых моллю­сков. Издалека на наши пельмени смахивают, пригляделся - ракушки. Перед тем как в рот закинуть, их рас­крывали. Они успевали лишь издать последний писк. Так и не решился за­губить... Пельмени как-то привычнее.

Еще советского гражданина по­разили обычные автомеханики в бе­лых нейлоновых рубашках (за таким дефицитом на родине в длиннющих очередях полдня томились - авт.) и совершенно непривычный режим питания для нашего человека. Ока­залось, итальянцы съедают булочку с джемом на завтрак, обед почему-то игнорируют, зато на ужин - тридцать три удовольствия.

- Но до вечера надо было еще до­жить, - вспоминает Леонид Иванович. - Как-то, шатаясь от голода, забрели на фазенду близ Адыгейского моря. А там - виноградники. Гроздья с крупны­ми темными ягодами. Сладкие-сладкие! Виноград притащили в гостиницу и спрятали в чемодане. Этим, можно сказать, и спаслись.

Следуя моде, белорусские туристы побежали по местным магазинам и закупились мохером, который в нашей стране был на вес золота. Леонид во­преки стереотипам купил журнал «Вати­кан». До сих пор рад, что не прогадал. Мохеровые кофточки, небось, давно моль посекла, а у Бакланова память на всю жизнь.

Уже в 90-е удалось прогуляться и по Лондону. Туда передовик поехал аж на десять дней. По-буржуйски отведал рябчиков с ананасами, пожал руку «жи­вому» Горбачеву в музее мадам Тюссо и возвратился домой с видеомагнито­фоном под мышкой - небывалая удача!

Дедушкино счастье

В 70 лет Леонид Иванович не сдает позиций. Его дело продолжают пре­емники, но уже совершенно по дру­гим технологиям. Нынче компьютеры и специальная техника практически полностью заменили ручной труд. Ме­тод Бакланова остался в истории, а сам «печатных» дел мастер более 10 лет был таким же незаменимым на посту вахтера в могилевском Доме печати, расположенном аккурат напротив род­ной типографии. Так что, как боевой па­трон, из обоймы не выпадал, наоборот, честно нес службу и, не пропуская ни одного номера свежей прессы, всегда оставался в курсе последних новостей.

- Когда-то надо уходить, - со светлой грустью заявляет Леонид Бакланов. - Благо, скучать не придется. В Могилеве внук с внучкой и маленький правнук Иван Бакланов. Все деда уважают, слу­шаются и радуют. А за городом, в Малых Белевичах, дача. Пять курочек с петухом и небольшой огород. До Друти - пара километров, до леса - рукой падать. В прошлом году за час насобирали с товарищем два ведра опят.

Леонид Иванович перебирает в руках горсть советских монет и заключает: «Хорошие были времена... За 100 рублей мог позволить себе немецкий костюм- тройку и чехословацкие кожаные туфли, а на сдачу несколько раз с друзьями сходить в ресторан. Так и было: ски­дывались по пять рублей, собирали застолье и затягивали нашу любимую: «Не расстанусь с комсомолом, буду вечно молодым».

Виктория Сидельникова, «Могилевские ведомости»